Константин Греков
Гармония Татьяны Смертиной
Konstantin Grekov - Tatiana Smertina


Rambler's Top100
сайт смертиной статьи о смертиной - оглавление



Поэтический мир русского поэта Татьяны Смертиной удивительно цельный, мгновенно узнаваемый и необычайно близкий русскому сердцу. Она (её лирическая героиня, конечно) кормит с ладони рысь, спит в обнимку с медведицей, а волки засыпают у её колен, видит в болотной топи водяного, а в реке русалок, с которыми любит играть; с домовым, конечно, тоже не раз встречалась.

Она ступает босыми ногами по окатному речному розовому жемчугу, купается в молочном тумане, она сразу не может разобрать, кто это – дуб у воды или омута царь, она – соловьиная дочь. Всё это совершенно естественно, настолько естественно, что сразу и безусловно понимаешь – это не из книг, не от изучения русского фольклора (в конце концов изучать его можно и живя в Нью-Йорке, и учась в Колумбийском университете).



 Татьяне Смертиной повезло уже тем, что родилась на лесном участке в Вятской глубинке. Там на лесоповале работали её дедушка и бабушка. Вполне реальные волки, рыси, медведи. Русалки, водяные, лешие и домовые, царевны-лебеди из бабушкиных сказок, еловые чащобы, дурманящий запах не мятых, никем не срываемых (некому срывать) цветов были её средой обитания.

Татьяна рассказывает, что когда она попадала в деревню, что бывало не часто, она испытывала те же чувства, что и житель какого-нибудь Гомеля по приезде в Киев, а когда она первый раз оказалась в райцентре и впервые в жизни увидела церковь, она спросила: «Это Кремль?». Дома у них была открытка с изображением Московского Кремля с его соборами.

И ещё Татьяне Смертиной повезло тем, что тяга к слову, к сочинительству проявилась у неё очень рано, ещё тогда, когда она жила в своём детском мире на лесоучастке. В три года она самостоятельно выучилась грамоте, в пять уже складывала стихи и начала читать их со сцены – естественно, деревенского клуба.

А опубликовалась впервые в двенадцать лет! Причём это не был «феномен вундеркинда», когда по прихоти взрослых «мэтров» девочку (не будем называть имена) поэтически искусственно вскармливают и выталкивают на эстраду, а публика поражается её взрослости. Вокруг Татьяны Смертиной не было ни «мэтров», ни пресыщенной публики. Поэзия её росла вольно, как цветок на лесной поляне, а не на лабораторной гидропонике.

 И когда, окончив школу в селе Сорвижи Кировской области, она поступила в московский Литературный институт имени М. Горького, она уже крепко стояла на ногах. Иначе говоря – у неё был иммунитет против чуждых влияний. Влияний как формальных, а это было время, когда многих увлекало безудержное экспериментаторство, когда «как сказано» напрочь отрывалось от того, «что сказано», а льстивая пресса искушала лёгкими победами на скандальных путях. Нельзя недооценивать и влияний идеологических, прежде всего растлевающего космополитизма, который тогда ещё маскировался интернационализмом. Но уже кое-кто уверял, что для писателя неважно, где стоит его письменный стол – в Вологде или Палермо, в Ленинграде или Токио. Уже вытаскивали из спецхранов и распространяли по самиздатовским каналам эмигрантские заклинания Нины Берберовой, ещё в 1930-е договорившейся до того, что уже не имеет определяющего значения и язык, на котором написано произведение. Кого-кого, а Татьяну Смертину вся эта тусовочная свистопляска не могла сбить с толку.

 * * *
Изба туманом поросла озёрным,
Резьбою заклинает звездь и солнце.
И бродит домовой по сеням тёмным,
 И леший полночью глядит в оконце.
 
 Здесь угол красный полон звёздных ликов,
 Стекают зори с полотенец сонных.
 Кадушка с рыжиками, чай с брусникой…
 Мои венки из зелий заговорных.
 
 Ракетный век, а я в стране медвежьей!
 Без электричества, всего, что вечно с вами.
 Окружена лесами, бездорожьем,
 Прабабкиною властью и царями.
 
 Кормлю с ладони рысь, с лисой играю,
 Живу русалкою на озерине.
 И так кувшинкой волосы пронзаю,
 Что леший долго ахает в трясине.
 
 Я здесь росла, я этому молилась.
 Ступали вслед мне лишь медвежьи лапы.
 А вы пытаете, мол, где училась
 Читать свой стих? носить с изыском шляпы?
 
 Ужель я не пройду в той ткани тонкой
 На лёгких каблуках пред зверем рампы?
 Приду. Пройду. И плачем, словно шёлком,
 Так отуманю, что сгорят все лампы.
 
В этом стихотворении Татьяна Смертина многое сказала о себе – как всегда, сдержанно, без излишнего откровенничанья (а оно, заметим, свойственно многим современным поэтессам). Став профессиональным писателем, она снова вышла на сцену, но уже, разумеется, перед другой аудиторией, не той, что в той далёкой деревенской жизни. Здесь не было и не могло быть, как там, изначально добродушного, добросердечного настроя, здесь нужно было быть всегда готовой к удару и уметь держать удар. И «изыск шляп» помянут не случайно – на поэтических вечерах принцип «встречают по одёжке» действует в полную силу.

Здесь не место анализировать подробности, как это, наверное, сделал бы глянцевый журнал для женщин, но факт есть факт – девушка из лесной глубинки и сейчас не потеряла своей элегантности.

 Но главное на поэтической эстраде всё же не шляпы и тонкие каблуки. У Татьяны Смертиной оказался дар читать свои стихи, что даётся далеко не всем даже хорошо пишущим авторам. Вот это умение в добавление к подлинному таланту позволило ей прожить жизнь профессионального писателя. Как говорит сама Татьяна Ивановна, никогда ни в каких партиях не состояла и не служила. Жила только литературным трудом. Выпустила три с половиной десятка книг, много раз выступала с эстрады и по радио. Переводила с персидского, таджикского, башкирского и марийского. Её тоже переводили и издавали в разных странах.

 В заключение нельзя не сказать, что Татьяна Смертина не превратила свою поэзию, столь востребованную временем, в некий заповедник, не замкнула жизнь своей лирической героини в мире «без электричества». Удивительным образом в её стихи с русалками и водяными вошли реалии компьютерного века, она легко, естественно, без напряга может закончить стихотворение о своём состоянии такой строфой:

 Смотрите, в наш врубилась день
 Русалкой Врубеля сирень:
 Рубиновую гроздь беру!
 Прощайте.
 Точка.
 Ru.

© Константин ГРЕКОВ - Гармония Татьяны Смертиной, статья о поэзии Смертиной. Konstantin Grekov - Tatiana Smertina

опубликовано: Ежедневные новости – Подмосковье. № 44 (2490) от 18.03.2011


Сайт управляется системой uCoz